Яндекс.Метрика

ФЛОРА

Разместил , 24 Мар.2016 / Нет комментариев

 

В состав флоры включаются обычно только местные дикорасту­щие растения. Иногда к ним присоединяют и некоторые чужезем­ные, одичавшие из культуры или заносные, успешно прижившиеся виды, размножающиеся в природе без помощи человека. Обычно учитываются не все виды растений, а только определенные их груп­пы, например, высшие растения, реже мхи, грибы, что объясняется узкой специализацией ботаника.

Во флоре СОССР, по данным В. Ю. Корнаевой, более 2067 ви­дов высших споровых, голосеменных и покрытосеменных растений. Из 2018 цветковых растений 306 эндемиков, 67 реликтов. Это число гораздо больше, вероятно, около 3 тысяч видов. Так, лишь в бассей­не р. Ардон в Северо-Осетинском заповеднике и на прилегающей к нему территории (включая заказник «Цейский») выявлено 2034 ви­да сосудистых растений (Амирханов, Комжа, 1988). Эти цифры отражают богатство видового состава нашего растительного мира. Это больше, чем в любой области Европейской части СССР, равной по площади. Если же учесть множество обитающих у нас низших растений — водорослей, грибов, лишайников, то состав флоры уве­личится, вероятно, до 6—8 тыс. видов, и все они обитают на срав­нительно небольшой территории (8 тыс. км2).

Во флоре преобладают семейства, общие для Северной Евразии: астровые, лютиковые, мятликовые, яснотковые и др. Но есть и та­кие, которые распространены в основном в тропиках: ароидные, вербеновые, молочайные. Есть во флоре семейства, представленные всего лишь 1—2 видами; например, тисовые — только тисом ягод­ным, эфедровые — эфедрой рослой, кизиловые — кизилом и сви- диной. Из наиболее крупных родов первенство принадлежит осокам, астрагалам, камнеломкам.

Оригинальна высокогорная субальпийская и альпийская флора. У нее отмечаются связи с сибирскими и среднеазиатскими горами. В ее составе большинство эндемичных видов и родов.

Немного о географии растений. Интересен ха­рактер распространения растений как в нашей республике, так и за ее пределами. Типы распространения растений называют географи­ческими элементами флоры. Как распределены они по поясам?

Арктические представлены в альпийском поясе (дриада); север­ные — ниже, преимущественно в субальпийском (брусника, черни­ка) ; южно-сибирские в сосново-березовых лесах (любка, волчея­годник обыкновенный, бедренец камнеломковый); среднеевропей­ские (бук, первоцвет ушковатый, тис, дуб скальный, красавка, ле­щина и многие другие) — в среднегорьях и нижнем предгорном поясе; средиземноморские, т. е. распространенные вокруг Среди­земного моря (берека, кизил, ломонос виноградолистный, эфедра); понтические — в основном обитатели зоны степей юга СССР (лабаз­ник шестилепестковый, вязель пестрый, терн и др.); атлантические (падуб) и закавказско-центральноазиатские—растения восточных полупустынь (солянка, облепиха).

Из этого краткого обзора видно, что различные географические элементы, которые когда-то мигрировали на Кавказ из разных по климату областей, распределяются в соответствующих поясах, что делает возможным существование даже северных видов в наших южных горах.

Уроженцы наших гор, Известны еще более узкие ареалы, включающие, например, Кавказ и Переднюю Азию (вавиловия) или только Кавказ #(береза Радде), Центральный Кавказ (петрокома Гефта), Центральное Предкавказье (мак прицветниковый) и, нако­нец, только Северную Осетию (колокольчик ардонский). Это уже эндемики — виды местного происхождения, т. е. производные Глав­ного Кавказского хребта. Познакомимся с ними подробнее. Среди них выделяют виды, характерные всему Главному хребту, ограни­ченные в своем распространении Центральным Кавказом, а некото­рые, обитающие только на его северных склонах. Большинство этих видов имеют узкий ареал. К ним относятся: нардосмия Фомина, симфиандра повислая, ясменник альпийский, зизифора Пушкина, примулы Байерна и осетинская, ламчатки ингушская и Рупрехта, смородина Биберштейна, камнеломки скученная, Динника и кав­казская и др., крупка осетинская, гипсолюбка черепитчатая, мно­гочисленные колокольчики (холодолюбивый, сарматский, доломи­товый, ардонский и др.), валериана скальная и многие другие.

Есть виды, распространенные преимущественно на южных скло­нах Главного Кавказского хребта, но растущие и у нас (подснежник кавказский, астранция осетинская). Во флоре многочисленны виды,


общие между Главным Кавказским хребтом и Малым Кавказом (мелколепестник кавказский, сверция грузинская, клен Траутфетте- ра, фиалка горная, герань Рупрехта и др.).

Дальние пришельцы. Пестрота флоры Северной Осетии определяется наличием видов различного происхождения. Так, в за­сушливых котловинах встречаются сухолюбивые растения — среди­земноморцы (левкой, эремурус, хмелеграб). Во флоре есть предста­вители Малой Азии и Армении (манжетка шелковистая, овсяница жестколистная, астрагалы и др.), Дагестана (шалфей седой, овся­ница кавказская, ковыль дагестанский, своеобразный бодяк корне­головый с коротким стеблем и скученными розетками соцветий и др.). Большинство этих видов сухолюбивые, обитатели скал и известня­ков. Имеются евроазиатские степные (анабазис) и северные лесные виды (линнея, черемуха, береза, ллойдия, кислица, плауны, многие мхи), свойственные лесам Европейской части СССР.

В лесах увидим и растения, характерные для таежной и широко­лиственной зон и редкие в южных широтах. Это реликты ледни­ковой эпохи. Похолодания в прошлом вызвали появление сосновых лесов — аналогов северных боров, сохранившихся в наших горах. С той далекой поры в них уцелели костяника, грушанка, черника, гудайера и другие северные растения.

В высокогорьях встречаются арктоальпийские, т. е. распростра­ненные на Кавказе и высоких широтах далекого Севера сообще­ства (мохово-лишайниковая тундра и заросли водяники кавказской) и виды (мятлик альпийский, горец живородящий, минуарция ве­сенняя, тимофеевка альпийская, трехреберник, душистый колосок, лапчатка холодная, незабудка альпийская, черника, брусника, про- ломник бородчатый).

На влажных субальпийских лугах и по горным ручьям растет белозор болотный — характерный вид северной флоры. Камнеломка усатая с сочно-оранжевыми цветками и оригинальными розетками листьев, растущая в высокогорьях, интересна как типичный пред­ставитель Заполярной тундры. Встречаются арктоальпийские па­поротники (вудсия альпийская, гроздовник полулунный, асплений зеленый, многорядник копьевидный), мхи, осоки и ситники.

Есть растения — альпийские аналоги северных видов (дриада кавказская, водяника, ива казбекская), которые селятся на щебнис­тых местах горных лугов, в криволесьях и зарослях рододендро­на. Арктоальпийские виды не доминируют в нашей растительности, за исключением отдельных участков высокогорных пустошей с ли­шайниками: цетрарией, тамнолией и др. Еще до конца не решен вопрос подобного распространения растений, разделенных тысячами километров.

В составе флоры есть и сибирско-монгольские элементы (ситник Шишкина, некоторые осоки). Эти «сибирские» виды обитают в гор­ных осоковых болотах, сырых лугах Большого Кавказа и Централь­ной Азии. Местонахождения их в наших горах отдалены на огромное расстояние от их основных ареалов, расположенных в Монголии. Они свидетельствуют о ледниковом переселении растений на запад.

Флористическое богатство обусловлено как климатом, так и слож­ной историей растительного покрова. Большое влияние на флору оказали представители флор Средиземноморья, Русской равнины. Передней и Центральной Азии. В засушливые эпохи сюда мигри­ровали засухоустойчивые виды из Малой Азии и Средиземноморья. В эпохи оледенений и межледниковий проникали растения с севе­ра. Оледенения вызвали гибель видов тропической и субтропи­ческой флоры. Теплолюбивые растения при похолоданиях сохра­нились в убежищах.

Широколиственные леса являются, вероятно, производными третичной «лавролистной» растительности Восточного Среди­земноморья. В них сохранились реликтовые островки с колхид­скими вечнозелеными видами (падуб и плющ). Пришельцами из Колхиды в нашей флоре являются копытень грузинский, толсто- стенка крупнолистная, ель восточная, пихта кавказская, колоколь­чик молочноцветный и др. По северным склонам меловых гор встречаются детища влажных субтропиков: тис, падуб, плющ и остатки древней третичной флоры — азалия, хмелеграб, родо­дендрон, черника кавказская; лианы (габблиция, адамов корень) и др.

Оригинальными растениями нашей флоры являются эндемики, обитающие на небольшой территории, и реликты. Познакомимся с ними подробнее. Многие из них описаны из Северной Осетии, уже попали в Красную книгу и нуждаются в первоочередной охране.

Эндемики — «лицо» местной флоры. Один из показателей уникальности нашей флоры — наличие в ней узкоре­гиональных эндемичных видов (колокольчик ардонский, роза зара- магская и др.). Это ценный ее генофонд и важный материал для познания истории растительного покрова. Из эндемиков нашей фло­ры отметим камнеломку можжевелолистную, живокости прицвет- никовую и кавказскую, горечавку снежную, смолевки альпийскую и рассеченную и др. Среди них есть субэндемики, растущие в нашей республике и частично за ее пределами (колокольчики доломито­вый, крупка осетинская). У нас есть растения, которые кроме Кав­каза (мак прицветниковый, береза Радде) или даже Осетии (коло­кольчик ардонский) на Земле нигде не встречаются.

Но кроме узких эндемиков встречаются эндемики Центрального Кавказа или всего Кавказа: колокольчики осетинский, доломитовый и холодолюбивый, смолевка Акинфиева, рябчик широколистный, падуб колхидский, борщевики жестколистный и осетинский, приму­лы кузнецовская, Рупрехта, дарьяльская и Байерна, птицемлечник дуговидный и др. Особенно богат эндемиками субнивальный пояс. Здесь эндемичные виды составляют почти половину флоры: крупка моховидная, лапчатка чудесная, дельфиниум кавказский, гипсолюб­ка узколистная и др.

Главная отличительная черта эндемиков — неповторимость и уникальность. Порой ареал таких растений настолько мал, что видовые названия часто совпадают с названиями местностей или ущелий: колокольчики ардонский и цейский, крупка осетинская, рожь дигорийская, первоцвет дарьяльский. С высотой убывает* общее* количество видов, но возрастает число эндемиков. Горные ущелья, отвесные скалы создают необходимые условия для образования местных видов и форм.

Видовой эндемизм нашей флоры высокий — свыше 300 эндемич­ных видов. Большой процент их свидетельствует о сложившихся здесь своеобразных условиях среды, способствующих формо- и видо­образованию. Из эндемиков отметим еще березу Радде, лилию однобратственную, крупки моховидную и осетинскую, смолевки рас­сеченную и Акинфиева и др. Очень богато представлены эндемичные ясколки, смолевки, живокости, крупки, колокольчики, камнеломки и др.

Здесь, в наиболее высокой части Кавказского хребта, выражен даже родовой эндемизм. Во флоре имеются эндемичные рода: лже- пузырник, кладохета, симфиолома, петрокома, агазилис.

Некоторые из эндемиков являются пока обычными растениями, другие — приурочены к ограниченным местообитаниям, встречаясь редко (подснежник широколистный, мак прицветниковый). Есть ви­ды очень редкие, известные лишь в нескольких или даже единст­венном местонахождении (вавиловия красивая, камнеломка Куз­нецова, молодило осетинское).

Из эндемичных и редких растений выделяются колокольчики, растущие в основном в альпийском и субальпийском поясах. Сре­ди них есть древние виды. Отметим реликтовые колокольчики: молочноцветный, встречающийся по опушкам буковых лесов, среди высокотравья; осетинский и доломитовый — древние эндемики Скалистого хребта.

Близки к эндемикам растения с ограниченным распространением в соседних с Кавказом странах. Так, в нашей флоре имеются крымско-кавказские (дифелипея красная), кавказско-малоазиатские (вавиловия прекрасная) виды. Эндемики в большинстве случаев являются и реликтами. К эндемикам относятся почти все растения, описанные с территории Северной Осетии, обитающие в «класси­ческих» местонахождениях.

Описанные из Северной Осетии. На территории республики впервые в мире найдено и описано около 30 видов растений. Местообитания, откуда описаны новые виды, называются классическими и должны подлежать особой охране. Среди этих растений есть узкорегиональные эндемики и виды, находящиеся на границах своего распространения.

В 1916 г. Н. Введенский у Мамисонского перевала нашел опи­санную Б. К. Шишкиным смолевку Марковича. Отсюда ботаником Н. Десулави в 1897 г. была собрана растущая на осыпях редкая камнеломка Кузнецова. Этот вид известен пока только в Северной Осетии. Тут были собраны и описаны молочай Кемулярии, ясколка горная, мак горолюбивый, лапчатка Рупрехта, молодило кавказское и осетинское.

Из Мамисонского ущелья (окр. с. Лисри) описаны редкая ва­лериана касарская и шлемник осетинский, растущие по известня­ковым скалам и россыпям. В окрестностях с. Зарамаг на сухих горных склонах в классическом местообитании растет роза зарамаг- ская, а по р. Царитдон — роза Ирины, в Холстинском ущелье — роза Галушко. Эти виды известны пока только из Северной Осетии.

В бассейне р. Геналдон на известняковых скалах собрана и описана Е. С. Немировой юринея Проханова — редкое узкоэнде­мичное растение. Встречена пока только в нашей республике. У нас найдены эндемичные юринеи: короткохохолковая по р. Фиагдон и маргаритковидная по р. Ардон.

Из окрестностей нос. Мизур описан колокольчик ардонский, узкий эндемик Центрального Кавказа. Обитает на скалах между Скалистым и Водораздельным хребтами. Виды юриней, колокольчик ардонский, молочай ардонский растут, вероятно, только в Северной Осетии.

Классическим местообитанием крупки осетинской является Са- донское ущелье. Это оригинальное подушковидное растение—энде­мик Центрального Кавказа встречается на гранитных скалах горно­лесного пояса. Оно красиво при цветении, когда его рыхлые подуш­ки окрашены в желтые тона.

Несколько колокольчиков впервые найдены в Северной Осетии. В верховьях Дигории (урочище Тоторс) находится классическое местообитание декоративного колокольчика доломитового, описанного Елизаветой Буш. Со скал окрестностей Цейского лед­ника собран и описан Ф. И. Рупрехтом колокольчик холодо­любивый. Этот оригинальный вид — эндемик Адайхохского и Уилпатинского горных массивов — обитает на ледниковых моренах, трещинах скал. На скалах и осыпях Кальперского перевала в клас­сическом местонахождении обитает колокольчик ц е й с к и й. В тес­нине Кадаргавана по р. Фиагдон скалы украшают впервые описан­ный в 1988 г. сотрудниками Северо-Осетинского заповедника А. М. Амирхановым и А. Л. Комжей колокольчик к а д а р га­ванский.

Цейское ущелье является классическим местонахождением норичника Рупрехта, василька шалфеелистного, растущих на море­нах Цейского ледника. У святилища Реком была впервые собрана и описана герань безволосая. Итальянскими ботаниками С. Сомье и Е. Левье в ущелье р. Шачерпайкомдон (окр. с. Цей) впервые в 1890 г. собрали и описали живокость прицветничковую — редкое эндемичное и декоративное растение лесных опушек, в окрестностях пос. Бурон — коровяк темно-фиолетовый, а в Касарском ущелье — ромашку волосистолопастную.

В междуречье Фиагдона и Гизельдона на Какадурском перева­ле найдена живокость Харадзе. На каменистых склонах и щебнис­тых осыпях Архонского ущелья собрана В. В. Марковичем в 1898 г. и описана буквица осетинская, известная пока из нескольких мест Северной Осетии (Бадское ущелье). Отличается от других буквиц белыми цветками.

Из окрестностей Ларса описаны первоцвет дарьяльский — редкий узкоэндемичный вид и колючий кустарник астрагал обож­женный — обычный вид наших сухих котловин.

На г. Кариу-хох растет описанный отсюда первоцвет осетинский. Он обитает на луговинках скальных полок. Впервые собран Н. И. Куз­нецовым. Является редким малоизученным видом. На субальпий­ских лугах г. Кариу-хох в классическом местообитании растет первоцвет Кузнецова с опушенными листьями и темно-фиолетовы­ми цветками.

Из Унальской котловины описана гипсолюбка черепитчатая, обра­зующая крепкие метровые в диаметре подушки, с мелкими белыми цветками. Встречается на обрывах известняковых отложений, ска­лах и только по южным склонам Скалистого хребта. В Унальской котловине выше Бизского тоннеля впервые на сланцах собран А. И. Галушко молочай ардонский, сильно отличающийся от дру­гих наших молочаев. Пока вид известен только из этих мест и больше нигде не собирался.

Из верховий Дигорского ущелья описаны харезия Акинфиева, рожь дигорийская и горечавка Марковича. В ущелье р. Харез у ледника Мосота известно пока единственное местонахождение в Осетии харезии Акинфиева, растущей на скалах и моренах. Отря­дом под руководством Н. И. Вавилова в окрестностях с. Стур- Дигора собрана оригинальная рожь, названная впоследствии диго- рийской. С тех пор этот вид не собирался. Известно это растение только из Северной Осетии. Выделяется легким обмолотом и неж­ным колосом. Обычный вид нашей горной флоры рододендрон кав­казский описан П. С. Палласом в 1784 г. по сборам И. А. Гюль- денштедта, собравшего его в окрестностях с. Дзинага.

Из окрестностей г. Алагира и по р. Ардон описаны сурепка дуговидная и ежевика понтийская, а эндемик Кавказа — молодило малорослое из долины Терека у г. Орджоникидзе; из Эльхотовских ворот (Татартуп) — сердечник болотный. Из Осетии описаны также оригинальный альпийский подснежник широколистный, расту­щий на Мамисонском и Крестовом перевалах, цицербита крупно­цветковая из верховий р. Ардон, тюльпан Биберштейна между Моз­доком и Кизляром.

Местопроизрастание этих жемчужин нашей флоры должно подлежать особой охране.

Реликты — «останцы» прошлых времен. Релик­товые растения — это остатки прошлых геологических эпох, сох­ранившиеся в современной растительности. Ботаники делят их на реликты третичного, ледникового (плейстоценовые) и послеледнико­вого (ксеротермические) периодов. Из-за отсутствия палеобота­нических данных порой трудно определить возраст растения и к какому типу реликтов оно относится.

Во флоре Северной Осетии реликтами третичного периода, пережившими здесь в убежищах эпоху оледенения, являются ко­локольчик молочноцветный, рододендроны желтый и кавказский, го- ловчатка гигантская, бук восточный, липа, мак прицветниковый и др. Лесные реликтовые растения: редкие у нас пихта кавказская, ель восточная; тис ягодный, рябина глоговина, пион кавахский, хмелеграб, падуб, плющ колхидский, орех медвежий, черника кавказская, совершенно не похожая на чернику обыкновенную. Интересно, что близкие ей виды обитают на островах Атлантического океана.

Реликтовые и обычные растения: лещина обыкновенная, муш­мула германская, телекия видная, толстостенка крупнолистная, желтушник золотистый, азалия, борец восточный, борщевик Ман­те гацци.

Наши леса по сравнению с лесами Западного Кавказа беднее реликтами. Н. И. Кузнецов еще в 1890 г. в работе «Принципы де­ления Кавказа на ботанико-географические провинции» объясняет причину бедности терских лесов по сравнению с кубанскими тем, что с Главного Кавказского хребта между Эльбрусом и Казбеком спускались особенно мощные ледники, уничтожившие прежнюю третичную растительность.

Настоящее хранилище реликтов — скалы и осыпи альпийского и субнивального поясов. Тут растут камнеломка колончатая, круп­ка длинностручковая, харезия Акинфиева, вавиловия красивая, лжепузырник пальчатый и другие виды, являющиеся одновременно эндемикам и-реликтами.

Из реликтов ледниковой эпохи преобладают представители се­мейств ситниковых и осоковых (осока головчатая). Эти виды изуче­ны недостаточно. Так, высокогорные сфагновые болота, где они встре­чаются, таят еще не выявленные реликты. Ледниковыми реликтами яв­ляются также береза Литвинова, сосна Коха, черника обыкновен­ная. Они считаются индикаторами для определения границ бывшего оледенения. Самые низкие места их произрастания в горах могут быть показателем границ древних ледников. Порой их даже назы­вают «зелеными моренами».

Ксеротермические реликты встречаются в семействе бобовых ,(астрагалы) и губоцветных (шалфей седой, дубровники). К ним от­носятся: эфедра рослая, левкой, терескен хохлатый, ковыль кавказ­ский. В нашу эпоху ряд этих растений-сухолюбов (дуб черешча- тый, пион) оказались изолированными на подходящих для них мес­тообитаниях среди лугов и лесов (пион узколистный в степях Кабардино-Сунженского хребта) и очень уязвимы к антропогенному влиянию. Все они являются ботаническими памятниками природы. Большой интерес представляют эти «живые ископаемые», помогаю­щие изучению путей формирования флоры, изменений климата.

У флоры есть еще одна интересная черта — оригинальность. Она определяется не числом видов, а долей участия эндемиков и реликтов в ее составе. Наиболее оригинальны у нас флоры альпий­ская и в солнечных долинах.

Занесенные человеком. До сих пор мы знакомились с местными растениями. Помимо естественной флоры в республику стихийно занесены транспортом или животными так называемые адвентики. Это повилика, канатник Теофраста, эхиноцистис, рейнут- рия с острова Сахалина. Некоторые дичают, внедряясь в естествен­ную растительность, а отдельные из них — злостные карантинные сорняки. Широко распространились по республике амброзия полы- нолистная, мелколепестник канадский, дурнишники, назойливый сорняк галинсога.

Человек сознательно или бессознательно содействует обогащению флоры, занося новые растения (синантропы), не свойственные нашей местности. Среди них отметим намеренно интродуцированные (куль­турные растения) — кукуруза, картофель. Есть виды — «беглецы из культуры», ранее возделываемые, но впоследствии одичавшие: недотрога крупноцветковая — быстро распространяющаяся вдоль речек и канав, айлант, клен ясенелистный, топинамбур, конопля. Большая группа растений — намеренно занесенные и уже ставшие надоедливыми сорняками (марь белая, амброзия, гумай). Некоторые из растений-пришельцев становятся составной частью нашей флоры, хотя обитают преимущественно в нарушенных местах. Вот так из­меняет флору человек. Из-за возрастающих транспортных потоков расселение растений облегчается. В недалеком будущем можно ожи­дать появление заносных видов вдоль трассы Транскама, открытой для круглогодичного сообщения.

Прежде чем знакомиться с растительностью, рассмотрим ее распределение по зонам и поясам.