Яндекс.Метрика

«Лесов таинственная осень…»

Разместил , 24 Мар.2016 / Нет комментариев

 

Лесные богатства. Разнообразны наши леса. Может, приходилось вам бывать в сосновых лесах Цея или Караугома? Поражают строй: ные стволы сосен. Пахнет смолой. Целительный воздух насыщен ее жи вотворным бальзамом. А может, знакомы вы с парковыми кленов- никами, растущими на Скалистом хребте? Густые лесные гигант­ские травы составляют пестрый букет этих лесов. Может, вы подни­мались в березовое криволесье, где растут скрюченные и словно по­лом анные в суставах березы, сучья которых напоминают деревья дантовского ада? Или вам знакомы смешанные дубово-грабовые ле­са с рощами осин?

Леса широким поясом охватили наши горы. Верхнюю часть его образуют сосново-березовые леса. В среднегорьях — царство буко­вых и буково-грабовых лесов, рассеченных по речным долинам оль­ховыми. Велико водоохранное, климатоулучшающее и защитное зна­чение горных лесов. Трудно представить размеры бедствий, если бы они были вырублены.

Если в ясный день посмотреть с равнины на горы, то нижние гряды — Предгорный, Лесистый, Пастбищный хребты — зимой вы­деляются черной полосой. Не зря эти хребты нЗэывают Черными го­рами. Они одеты буково-грабовыми лесами. За ними серой массой возвышается Скалистый хребет, покрытый широколиственными и бе­резовыми лесами. Южные крутые обрывы его, высотой до 1000 м, обрамлены у подножия сосняками. Встречаются тут и небольшие участки дубрав. За этим хребтом выделяются снеговые пики Боко­вого хребта, покрытого в низовьях сосновыми и березовыми лесами. Главный Кавказский (Водораздельный) хребет не виден. На нем растут в основном березняки.

Верхняя граница древесной растительности у нас проходит на вы­соте 2600 м. Но отдельные деревья — сосны и березы поднимаются до 2900 м, а карликовые кусты ивы казбекской и Кузнецова — выше 3000 м. Между лесным поясом и лугами заросли рододендро­на кавказского. В распространении древесных растений можно вы­делить границы сомкнутой растительности, криволесий и отдельных деревьев.

Лесной пояс начинается с высоты 300 м (Терский хребет) и поднимается до 2400 м. Он состоит из полос: широколиственных лесов в нижней части, хвойных и мелколиственных лесов в верхней. Широколиственные леса контактируют со степью через лесостепь и луговые степи. В настоящее время от них остались лишь фрагмен­ты.

Нижняя граница горных лесов, отодвинутая в горы человеком, проходит на высоте 600—700 м. Жаль, что сейчас уничтожается пояс предгорных кустарниковых зарослей.

В горах, переходя с северных склонов на южные, мы как бы про­делываем тысячекилометровый путь из лесной зоны в лесостепную и степную. А с поднятием вверх на 1 км мы словно приближаемся к северу более чем на 1000 км.

Древесно-кустарниковую флору Северной Осетии составляют около 100 видов. Из них один вид (роза зарамагская) эндемичен для Се­верной Осетии, а береза Радде, рябина кавказородная, груша кав­казская, роза острозубчатая — для Кавказа. В создании лесов участ­вуют около 40 видов (бук восточный, сосна Коха, березы Литвинова и Радде, ольха серая, граб и др.)} а некоторые (орех медвежий, клен красивый, берека, хмелеграб) распространены единично. Для субаль­пийского пояса, несущего следы суровых явлений природы, харак­терны леса, однообразные по составу, с малым числом лесообразую­щих пород — березняки, сосняки.

Основные типы лесов. У нас представлены многие типы лесов. Из лиственных наиболее распространены буковые, березовые, кле­новые, по долинам рек — ольховые. Лишь местами, в окрестностях с. Дзуарикау, есть чистые липовые леса. Широко представлены бу­ковые леса, реже дубовые. Как примесь в них встречаются граб, ясень, ильм, клен и др., из хвойных — тис. Изредка к ним приме­шиваются реликты: хмелеграб, медвежий орех, вечнозеленые виды колхидского подлеска: падуб, плющ, рододендрон кавказский и листопадные: рододендрон желтый, древовидная черника кавказская, лианы (ежевики, хмель, тамус), придающие нашим лесам особый облик, отличный от лиственных лесов умеренных широт. По север­ным склонам Пастбищного хребта имеются несколько тисовых рощ. Две из них в окрестностях Алагира и Зилихара, с тисом и плющем, похожи на колхидский лес.

Широколиственные леса поднимаются до 2000 м (Цей). Они отно­сятся к двум категориям: «теневым», образованным буком, липой, и «световым» дубом. Они резко отличаются по своей биологии. С высоты 950 м по скальным выходам к лиственным лесам приме­шиваются хвойные — сосна, можжевельники. Хвойные леса пред­ставлены сосняками из сосны Коха. Единичными деревьями встре­чаются темнохвойные: ель восточная и пихта кавказская. У верхней границы леса березовые криволесья переходят в заросли рододенд­рона кавказского.

Зеленый щит рек. На равнине по долинам рек встречаются оль­ховые леса, ивняки, облепишники. Здесь сохранились небольшие участки расстроенных рубками дубово-грабовых лесов. На север, по долинам рек в глубь лесостепи и степи, тянутся пойменные леса из дуба, тополя, ивы. Ближе к воде, где имеется затопление, пред­ставлены ивняки из ив белой и каспийской. Выше — леса с преоб­ладанием тополей белого и гибридного, ольхи. На возвышенностях и по террасам преобладает дуб.

Ивняки. Их раньше неправильно называли «бесполезными сорня­ками». Между тем, это ценные заросли. Из многочисленных ив самая распространенная у нас ива белая (ветла). В культуре она давно вышла из пойм. Ее можно встретить возле дорог, у прудов. Места­ми (окрестности с. Майрамадаг) образует чистые насаждения. Ива белая — ценный медонос. Весной пасеки подвозятся к ивовым ле­сам.

К пойменным прибрежным лесам относятся сероольховые, тяну­щиеся полосами вдоль рек, и черноольховые, развивающиеся в сы­рых балках Черных гор. Встречаются гибриды между этими видами. У нас наиболее обычен ольховый лес из ольхи серой со свидиной, ежевикой, бузиной черной и травянистым покровом из белокопытни­ка, сердечника болотного. Ольха быстро осваивает новые площади в поймах рек, особенно на местах с рыхлыми наносами.

Оригинальны лиановые леса по берегам р. Урсдон у ее впадения в Терек и в нижнем течении Фиагдона. С крупных ив, тополей причудливо свисают стебли девичьего винограда. Эти леса своим обликом напоминают субтропические.

В прибрежном и пойменном лесу. Своеобразие степному поясу придают леса по долинам (пойменные) и вблизи рек (прибрежные). На берегах Терека в Моздокском районе представлены прибрежные и низинные леса из дуба черешчатого, граба, клена полевого, ясеня и др. В подлеске—бересклет европейский, снидина, бирючина, калина, кизил, крушина и др. По поймам равнинных рек увидим леса из тополей белого и осокоря, ольхи серой, ивы козьей с густым подлес­ком из бузины черной, облепихи, свидины, перевитых лианами: хмелем, виноградом (девичьим и лесным), ежевикой, иногда обвойни- ком греческим. Из трав тут можно увидеть тростник, девясил высо­кий, бузину травянистую, хвощи, вербену лекарственную, алтей, подбел с гигантскими листьями и запахом майского меда весной. Встречаются средиземноморские лианы: виноград лесной, повой за­борный, жимолость каприфоль, хмель, обвойник греческий, ломонос виноградолистный, тамус, ежевика сизая, паслен персидский и спар­жа мутовчатая. Есть третичные реликты: груша кавказская, клен красивый, мушмула германская, ольха черная и др.

Здесь, на богатых почвах и при обилии влаги, растительность развивается буйно. Условия пойм способствуют непомерному разви­тию (гигантизму) некоторых растений. Здесь встречаются кусты свидины южной, со стеблями до 8 м длины. Верхушечные побеги таких растений в виде тонких шнуров поникают до земли и часто укореняются. Тут обычны гигантские деревья и травы. Наличие здесь реликтов, многочисленных лиан сближает эти места с самурскими и талышскими.

Эти леса от обилия в них лиан и высокорослых трав (лопуха, белокопытника, девясила) труднопроходимы. Ранней весной тут пестрят ковры белых подснежников, голубых пролесок, спешащих

отцвести до появления листвы на деревьях. К естественным дре­весным зарослям в поймах рек примешаны культурные растения: акация белая, осокорь, плодовые деревья и кустарники-прародители многих культурных форм. Здесь дико растут: яблоня, груша, мушму­ла, лещина, алыча, терн, боярышник, кизил, виноград, ежевика, облепиха, лох — уникальная концентрация плодовых, окруженных степями.

Более 150 лет назад притеречные леса Моздокского района представляли настоящие дебри и занимали гораздо большие площа­ди. Название Моздок в переводе с кабардинского означает «дрему­чий лес». Судя по описаниям, во времена Емельяна Пугачева, плененного в Моздоке и бежавшего с солдатом Лаптевым, Л. Н. Тол­стого, впервые побывавшего на Тереке в 1851 г. и в Моздоке в 1852 г. по пути к брату, служившему в Старогладковской, здесь росли густые леса, о которых он писал в повести «Казаки»: «…от станицы до станицы идет дорога, прорубленная в лесу… Карагаче­вый и чинаровый лес с обеих сторон дороги был так густ и зарос, что ничего нельзя было видеть через него. Почти каждое дерево было обвито сверху до низу виноградом; внизу густо рос терновник. Каждая маленькая поляна вся заросла ежевичником и камышом с серыми колеблющимися махалками. Местами большие звериные, как тоннели, фазаньи тропы сходили с дороги в чащу леса. Сила растительности этого непробитого скотом леса на каждом шагу пора­жала».

В XVIII —XIX веках пойменные леса вырубались, уступая место пашням и лугам. Эти леса по праву называют зеленым щитом рек. Они имеют водоохранные, берегозащитные, санитарные и эстети­ческие функции.

Дикоплодовые леса* По нижней границе широколиственных лесов представлены участки смешанных лесов с дикими пдодовыми: ябло­ней, грушей, кизилом, мушмулой, алычой и др. Небольшие по пло­щади подобные насаждения встречаются в низкогорных и оред- негорных лесах. Отдельные дикорастущие плодовые достигают 1900 м над уровнем моря. В этих лесах пестрая мозаика древостоя. Плодо­вые местами усыхают от массового размножения омелы. Сенокошение и распашка препятствуют их расселению. Леса из плодовых служат кормовой базой для диких животных. Они являются производными от лесов, вырубленных в прошлом.

Среди шелеста дубрав. Леса из дуба черешчатого занимают нижние и средние пояса гор, местами равнину и поймы рек. Эти леса тянутся по Сунженскому хребту. В них встречаются ильм полевой, груша кавказская, клен полевой, яблоня восточная; из кустарни­ков — свидина южная, бересклеты, боярышники, лещина. Обычны бирючина, крушины — ломкая и слабительная, бузина. В дубра­вах богатый травяной покров: ясменник, костер, фиалки, аронник удлиненный, ландыш закавказский, первоцвет, медуница и др.

В предгорных дубравах появляются растения среднегорных ши­роколиственных лесов: липа, зубянка, граб. Тут можно увидеть ду­бово-грабовые и дубово-ясеневые леса. Растут дуб скальный с при­месью ясеня, граба, клена полевого, лещины, диких плодовых. Из трав — купена, шалфей клейкий, первоцвет крупночашечковый. Поражают живописный беспорядок и прелесть дубрав.

Пояс низкогорных дубовых лесов в Северной Осетии в наше вре­мя не выражен, хотя в окрестностях с. Кадгарон и других местах наклонной равнины сохранились небольшие массивы поясной расти­тельности из дуба черешчатого. Этот вид растет на равнинах и поло­гих склонах, а дуб скальный — главная лесообразующая порода гор­ных лесов.

Дубовые леса занимают небольшие площади. На предгорной рав­нине в поясе лесостепи дубняки почти не сохранились. Отдельные фрагменты расстроенных лесов на наклонной равнине (роща Шои- рико) говорят о былых дубравах. У подножия Скалистого хребта есть участки лесов из дуба скального. Местами дуб поселяется на от­весных известняковых стенах, ступеньках и трещинах скал.

Верхние пределы распространения широколиственных пород образует дуб крупнопыльниковый (восточный). Небольшая его ро­щица известна в Адайкомском ущелье. Дубово-ивовый лес в Цмиа- комском ущелье является верхним пределом распространения дуба в Северной Осетии. Это единственная из широколиственных пород в бассейне р. Ардон, растущая за Боковым хребтом. Из дубовых ле­сов представлены дубняки — скальный, грабово-лещиновый, разно­травный. Горные дубняки защищают склоны от осыпей и обвалов. Местами (с. Назгин, г. Моздок и др.) сохранились дубы-старожилы, уцелевшие благодаря тому, что росли возле священных мест. Это объекты, заповеданные самим народом.

Причудливый мир буковых лесов. Буково-грабовые леса занимают до 60% площади лесов и играют наибольшую роль в народном хо­зяйстве республики. Они покрывают Предгорный, Лесистый, Паст­бищный, северные склоны Сунженского и Скалистого хребтов. Из-за холодного климата бук у нас не образует субальпийских лесов, как на Западном Кавказе, но в Цее и по р. Харес (за Боковым хреб­том) встречаются островки букняков. Естественные (нетронутые) буковые леса образуют чистые или почти чистые насаждения с ма­лым участием сопутствующих видов (клен остролистный, ильм гор­ный). Нарушенные деятельностью человека, они замещены грабовы­ми.

Буковые леса — древние. Из третичных видов в них встречается тис ягодный — самое долголетнее растение нашей флоры; клен кра­сивый, похожий на клен полевой; бересклет широколиственный, бе- река, особенно обильная на известняках Пастбищного хребта, черни­ка кавказская, образующая лес — черничник. В буковых лесах мес­тами встречается характерный для гор Колхиды вечнозеленый под­лесок, состоящий из падуба, плюща, рододендрона кавказского. В них обитают лианы: адамов корень, плющ, виды ежевик, хмель, жимо­лость душистая, габлиция тамусовидная. У нас известно всего три Участка букового леса с плющом.

Из древних трав этих , лесов отметим: зубянку пятилистную, толстостенку крупнолистную, колокольчик молочноцветный, шалфей клейкий, копытень грузинский, многочисленные папоротники: лис- товник сколопендровый, многорядник лопастный. Присутствие их го­ворит о древности буковых лесов. Обычны тут ясменник душистый, кислица, овсяница горная, мятлик боровой (неморальный), лапчатка мелкоцветковая и другие доледниковые растения: овсяница гигант­ская, осоки, купена мутовчатая, герань Роберта, недотрога, на выруб­ках достигающая гигантских размеров. Лишь в Суадагском ущелье и окрестностях с. Балта есть участки буково-грабового леса с пионом кавказским. В буковых и кленовых лесах Скалистого хребта хорошо развит высокий ярус лесных трав. В них преобладают виды широ­колиственной флоры — вороний глаз, воронец, ясменник, зубянка. Встречаются и виды северной (кислица, мятлик) и средиземномор­ской (толстостенка, ежевика кавказская) флоры. Есть и виды тро­пического родства (аронник).

Самым распространенным типом буковых лесов у нас являются папоротниково-ясменниковые. Для них характерен густой покров из папоротника. Подлесок в этом лесу редкий. В травяном покрове преобладают папоротники: страусник — по более влажным мес­там, кочедыжник женский, реже щитовник мужской. Встречаются ежевика, волжанка, вороний глаз, герань Роберта и др. В местах контакта этих лесов с ольховыми иногда доминирует подбел белый. Это растение имеет самые большие (до 1 м в диаметре) листья нашей флоры. Под крупными травами ютятся ожика, ясменник, кис­лица, лапчатка мелкоцветковая, похожая на землянику, и другие тенелюбивые виды.

Встречаются мертвопокровные букняки с густым пологом и еди­ничными травами по лучше освещенным участкам. Редкий травяной покров в них развивается весной до полного затенения. Подлесок обычно не выражен. Есть и черемшовые букняки с преобладанием лука медвежьего (черемши). На хорошо освещенных склонах, по выходам карбонатных пород, можно увидеть овсяницевые букняки с редким подлеском из бузины черной, а у гребней — из черники кавказской и азалии. В травяном покрове преобладает овсяница горная, местами образующая мощную дернину. На освещенных участ­ках к ней примешиваются ожика, мятлик, ясменник.

Букняки азалиево-черничные отличаются густым подлеском из азалии и черники кавказской. Узкими полЬсами тянутся они по греб­ням хребтов в средней полосе широколиственных лесов. Тут часты ветровалы и буреломы, после которых поселяются относительно све­толюбивые черника кавказская и азалия. Эти леса выделяются зах­ламленностью. Древостой в них сложный и разновозрастный. Густой подлесок затрудняет естественное возобновление. Из трав преобла­дают овсяница, ожика, ясменник. Кислица и мхи покрывают сгнив­ший ветровал. По гребням хребтов в этих лесах проходят тропы кабанов, медведей.

Небольшие островки субальпийских букняков имеются в Цее и по Харесу. Они тянутся полосой по Скалистому хребту от 1400 до 2000 м. Среди них встречаются азалиевые, овсяницевые букняки, но преобладают высокотравные. Здесь к буку примешивается клен

Траутфеттера. Во втором ярусе — ильм, клен остролистный, граб, рябина. Травяной покров пышный. В нем преобладают папорот­ники, недотрога, ежевика, шалфей клейкий, крестовник, субальпий­ские злаки, местами черемша. Ежевика сильно развивается на поля­нах. Летом эти леса труднопроходимы. В их редком подлеске можно увидеть бузину черную, смородину, ивы.

В буковых лесах обильны весенние виды, цветущие до распус­кания листьев бука, граба. Обычны пролеска сибирская, селезеноч­ник обыкновенный, хохлатки Маршалла и кавказская, подснежники лагодехский и узколистный и др. Местами они создают неповто­римые ковры. Редко встречаются буковые леса с подснежником ла- годехским.

Своеобразны буковые леса с тисом по р. Фассалугарданыдон. Здесь во втором ярусе тис. Почву темно-зеленым ковром покрывает плющ колхидский. Этот участок — настоящий ботанический музей. Поражает в нем сказочность обстановки. Тут есть растения-эпифиты, растущие на деревьях.

Вечнозеленый тис (красное дерево) — живой свидетель глубокой старины, представитель древнего растительного мира образует сум­рачную заросль, напоминающую третичный лес. Изредка попадают­ся цельные пластинки папоротника листовника — измельчавшего потомка каменноугольной флоры. Сказочны балки, покрытые плю- щем. Местами он поднимается на стволы бука. Густая раститель­ность поддерживает влажность, необходимую для развития реликто­вого леса. Этот лесной островок—настоящее загадочное царство. Здесь можно долго любоваться отполированными и искрящимися глянцем листьями плюща, красноватыми побегами кавказской черники, вет­хими пнями тиса с голубой гнилью. Из-за сильного затенения под тисами нет трав. Лишь местами стебельки их пробиваются сквозь гниющую хвою.

Над тисовым шатром царит полумрак от листвы бука. Несмотря на это, тенелюбивый тис хорошо себя чувствует под густой кровлей буков. Сумрачные дебри островка субтропических лесов напоминают древние леса. С особым почтением смотрим на тисы, плющ и другие реликты, пережившие длительные невзгоды — климатические пуль­сации четвертичного периода, похолодания и засушливые эпохи. От континентального климата эпохи оледенения или от жары сухих межледниковий вымерли многие виды. В специфических условиях рельефа (убежищах) от древних лесов сохранились остатки — «жи­вые ископаемые». Вечнозеленый подлесок третичных лесов уцелел у нас под пологом широколиственных лесов лишь в убежищах типа этого. Тут господство древесной зелени и зимой. Реликты субтропической флоры плющ и падуб в длительной борьбе отстояли свою территорию. Местами эти древние растения образуют своеобраз­ные типы леса — букняки падубовый и плющевый.

Островки буковых лесов с тисом тянутся узкой полосой шириной до 10 км от Уруха до Камбилеевки по северным склонам Пастбищ­ного, Скалистого хребтов. Растут на известняках и мергелях. Во всех рощах преобладают молодые деревца. В заказнике «Цейский» тис

сильно повреждается зубрами. Леса с тисом приурочены, как пра­вило, к северным склонам, гребням небольших хребтов «шпилей» и возвышенному рельефу на водоразделах рек и ручьев.

Интересны островки буковых лесов с падубом колхидским. Такие леса у нас сохранились в Црауском, Кушагском, Цахцад- комском ущельях, в окрестностях каньона Ахшинта (Ирафский район). Кожистые лавровидные листья падуба производят неизгла­димое впечатление. С этими лесами с тисом, плющем и падубом подробнее познакомимся в разделе о лесных памятниках.

Мощные буки часто имеют досковидные корни и этим напоми­нают деревья из влажных тропических лесов. Двухтактный прирост бука, растянутость листопада, сохранение на некоторых деревьях су­хих листьев зимой — вот фенологические признаки, сходные с Тро­пическими родственниками бука, каким является южный бук, расту­щий в Новой Зеландии и Австралии.

Буковые леса весной страдают от заморозков, когда кроны бука краснеют, что придает этим лесам необычный для этой поры вид. В 1988 г. обмерз и папоротник. Красив осенний наряд этих лесов. Осенью опадающие орешки скапливаются по балкам или уносятся ручьями, собираясь в их ямах. Бук отличается периодичностью’ плодоношения. Урожайные годы повторяются через 5—7 лет. Посе­щающие эти леса такое явление, вероятно, замечали. Из последних лет очень урожайным был 1987 г., а в 1988 г. орехов на буках практически не было.

В этих лесах периодически (1969 г.) повторяются катастрофи­ческие ветровалы. На ветровальных участках воронки из-под кор­ней напоминают следы бомбежки. В окнах, образовавшихся после ветровалов, разрастается лесное буйнотравье, а папоротник в та­ких местах сплошь покрывает почву. Эти поляны создают неповто­римое зрелище.

На старых буках можно увидеть крупные трутовики. Они часто служат причиной бурелома. В буковых лесах много съедобных гри­бов: вешенка, летний и осенний опенки, толстушки, гриб-зонт и др. Большая влажность способствует быстрому распространению гнили. Громадные стволы ветровальных буков сгнивают практически за год. Иногда гниющие ветки в буковом лесу украшают ярко-красные неж­ные плодовые тела гриба саркосцифа. Они как красные фонарики призывают нас быть осторожнее в лесном царстве и бережно отно­ситься к его богатствам.

Липовые леса. Крупный массив липового леса сохранился в окрестностях с. Дзуарикау у подножия и на г. Гагарбардз. Ой образо­ван липами бегониелистной и сердцелистной. Особо отметим леса из липы сердцелистной в Суадагском ущелье и на Боковом хребте напро­тив с. Ахсау (Дигория), по Фиагдону, в Суаргоме. Эти редкие для Кавказа леса местами образуют почти чистые насаждения с при­месью рябины, черемухи, шиповника, лещины, берёзы, клена, граба, на выходах скал — рябины греческой. Липа рано начинает желтеть, и осенью эти леса выделяются на фоне буковых.

Парковые кленовники. На верхней границе широколиственных лесов проходит полоса парковых кленовников, образованных высо­когорным кленом Траутфеттера. Он спускается до 700 м. Эти леса встречаются по северным склонам Пастбищного и Скалистого хреб­тов. Они выделяются тем, что не имеют облика настоящего леса, а образованы отдельно стоящими деревьями, поэтому их называют «парковые леса». В кленовниках встречаются ильм горный, березы Литвинова и Радде, рябина обыкновенная. В них мало типичных лесных трав, но сильно развито высокотравье. Оно состоит из бор­щевиков, дельфиниумов, аконитов, лилий, телекии, смолевки много- рассеченной, иногда из чистых зарослей страусопера.

Высокотравье, кленовники, буковые леса с вечнозеленым под­леском и другие реликтовые черты говорят о том, что наша лесная флора древняя и имеет сходство с колхидской. Но, по сравнению с ней, она обеднена.

Говоря о широколиственных лесах, отметим интересный участок леса из хмелеграба в Дигорском ущелье в окрестностях с. Задалеск. Здесь хмелеграб сохранился у святилища «Дигори-изад» на известня­ках.

Аналоги северных лесов. На Боковом и Водораздельном хребтах выражен пояс сосново-березовых лесов. Распределение их зависит от экспозиции. На южных склонах с бедными почвами — сухие сосняки, на северных — зеленомощные и березняки и редко букня- ки. Сосновые леса,образованные сосной Коха, распространены фраг­ментарно по южным склонам у подножия и по уступам Скалистого хребта. Они спускаются и на Пастбищный хребет. Островки сосно­вого леса можно увидеть на известняковых обрывах в окрестностях сс. Тагардон, Гусара, в Гизельдонском ущелье на восточном отроге Кобанского хребта. До Лесистого хребта сосна, как правило, не спус­кается. Одиночные сосны изредка встречаются на Лесистом хребте (г. Дурафтуан в окрестностях Алагира). Сохранились священные сосновые леса в Куртатинском ущелье, у с. Дагом, в Садонском и Цейском ущельях.

Тайга в Осетии. Сосновые леса имеют сходство с таежными. Травяно-кустарничковый ярус в них образуют северные виды: кис­лица, виды грушанок, черника, брусника, изредка толокнянка, орхи­деи: гудайера ползучая, тайник овальный, северные виды папорот­ников, плаунов и мхов. Здесь встречаются также виды широлиствен- ных лесов: овсяница гигантская, герань Роберта, ясменник душис­тый.

Большинство сосняков имеют следы пожаров, отчего травяной покров в них состоит из лесных и луговых субальпийских видов. Сосна хорошо возобновляется на пожарах, с огневой очисткой мест. У нее есть декоративные формы: пирамидальная, компактная, зонтиковидная, овальная.

У долинных Цейского, Караугомского ледников хорошо видно, как на освободившихся из-под ледника моренах и эродированных склонах поселяются береза, сосна, ива козья, рододендрон, реже осина — породы-пионеры, наиболее характерные виды приледнико- вой древесной растительности. Есть предположение о связи сосны и березы с бывшим оледенением. Нижняя граница их распространения по мнению В. 3. ГулисашвилйТ совпадает с расположением конеч­ных морен ледников в период максимального оледенения.

Предполагают, что ледниковый реликт сосна и береза проник­ли к нам с севера в период крупных оледенений с комплексом сопутствующих соснякам видов: черникой, брусникой, костяни­кой, грушанками.

Сосновые леса образуют несколько типов. Наиболее распрост­ранены сосняки злаково-разнотравные, растущие у подножия ска­листых обрывов. Местами они чередуются с осыпями и обнаже­ниями скал. В подлеске их изредка встречаются азалия, малина, смородина. Из трав преобладают овсяница горная, мятлик боро­вой, белоус, вейник, осока кавказская.

По южным склонам можно увидеть сосняк степной или сухой с подлеском из можжевельников казацкого и низкорослого с при­месью волчника. В травяном покрове степная растительность с преобладанием овсяницы жестколистной, осоки Буша и других образующих задернение. Встречаются коротконожка лесная, коло­кольчик чесночницелистный с белыми цветками. Н. А. Троицкий (1938) назвал такой лес «сосновой степью».

По крутым северным затененным склонам интересны сосня- ки-зеленомошники — аналоги северных боров, встречающиеся небольшими участками, под скальными массивами. Здесь преобла­дают мхи, местами сплошь покрывающие землю, среди которых редкие травы: плауны, брусника, черника, кислица, мятлик боро­вой, грушанки, гудайера, герань Роберта. Они изредка встречаются у ледников, на крутых затененных склонах с хорошим увлажне­нием. Такие леса можно увидеть в Цее (под г. Монах), Карау- гоме. Как примесь в них встречается береза. Подлесок редкий из азалии, рябины, рододендрона кавказского. . Встречаются уни­кальные сосновые леса с моховым ярусом, растущим на гранитных глыбах, покрытых моховыми подушками с кустарничками и мно­гими северными видами (грушанки, северные орхидеи, герань Роберта).

На скалистых утесах ютятся сосняки скальные, доходя до верхнего предела распространения древесной растительности (2800 м). Сосны тут цепляются корнями за трещины, заселяют полки. От постоянных ветров они имеют флагообразные кроны. Неблагоприятные условия обусловливают их малый рост и искрив­ление ствола.

Сосняки покрывают конуса выноса лавин, осыпи. Стволы со­сен тут повреждены и засыпаны камнями, лавинами. Часто они останавливают лавины, имея большое горнозащитное значение. На местах ветровалов, пожаров, снеголомов, уничтоживших другие типы леса, формируются производные сосновые леса, где сосна и береза являются пионерами. Затем они вытесняются другими ле­сами.

Сосновые леса выполняют защитные функции. Велико их курортологическое значение. Побывавшим на горных курор­тах знакомы эти живописные леса, Располагаясь вдоль бурных рек с валунами, водопадами из прозрачных ледниковых вод, они создают красивые пейзажи. Темная зелень сосновых лесов на фо­не сверкающих ледников, величественных хребтов с белоснежным покровом, голубизна неба оставляют неизгладимое впечатление и оказывают большое эстетическое влияние. Ионизированный воз­дух и прохлада создают исключительные условия для отдыха и лечения. В них расположены альплагеря, турбазы. Горные ле­са поражают удивительной выносливостью деревьев. Порой прямо на скале стоит мощная ветвистая сосна — любимица древних пейзажистов Востока.

Мелколиственные леса. Выше пояса широколиственных лесов тянется полоса сосновых и мелколиственных лесов: березняки, ольшаники, осиновики. На верхнюю границу древесной расти­тельности поднимаются стланики.

Березняки. Верхний предел леса образован березняками из берез Литвинова, бородавчатой и Радде. Как примесь в них встре­чаются рябина, осина, ива козья, черемуха. Березняки по лавин­ным лоткам спускаются до дна долин, вызывая инверсию поясов, связанную с лавинами. На полянах в субальпийском поясе разви­вается высокотравье.

По верхней части лесного пояса, выше 2000 м, представлено березовое криволесье. От ветров, снегопадов, стволы берез искривлены. Эти леса первыми принимают удары лавин, оберегая нижележащие древостой. Этим определяется их горнозащитное значение. В их подлеске встречаются ивы, малина, смородина, черемуха, черника, волчеягодник скученный, рододендрон. В травяном покрове обычны луговые травы. На отдельных участках рододендрон образует густые заросли, поднимающиеся выше криволесья. Местами он наступает на луга, завоевывая утрачен­ные в ледниковый период территории. Справедливо заметил 10. А. Нечаев (1960), что опушка из березового криволесья и ро­додендрона создается природой так же, как живая изгородь нож­ницами садовника. У пригнутых к земле стволов начинают ин­тенсивно расти ветви, создающие труднопроходимые заросли.

Березняки представлены многочисленными типами. Отли­чаются они, помимо других признаков, видами берез. Есть с гос­подством березы Литвинова, растущие на сланцах, гранитах Бокового и Водораздельного хребтов, похожие на североевропей­ские леса, и березняки из восточнокавказской березы Радде, расп­ространенные главным образом на известняках и доломитах Скалистого хребта. Этот кавказский (южный) вид березы, не род­ственный северным, образует леса, которые, кроме Восточного и Центрального Кавказа, мы нигде не увидим. От обыкновенных белоствольных берез третичный реликт и эндемик Кавказа бере­за Радде отличается красновато-вишневой корой и короткими яйцевидными женскими «шишками». Этот вид очень изменчив.

Береза редко образует сомкнутый полог и слабо затеняет поч­ву, поэтому в наших лесах наиболее распространены березняки с лу­


говым разнотравьем и высокотравьем с вей ником тростниковидным, борцом, золотой розгой и др. На Боковом (Цей, Бад) и. Водораз­дельном хребтах — березняки с подлеском из кавказского родо­дендрона с участием ив козьей и пятитычинковой, ольхи и луго­вым разнотравьем. Обычны и березняки с подлеском из жимолостей кавказской и Стевена, смородины Биберштейна, брусники, мхов. В березняках-зеленомошниках растут линнея северная, одноцветна; обычны грушанки.

Березовые криволесья, местами кленовники из клена Траутфет- тера, образуют переходную полосу между лесным и субальпийским поясами. К ним примешиваются виды ив, рябина. Сосна и береза достигают верхней (альпийской) границы леса (2400 м) и спускают­ся до 900 м, вклиниваясь в широколиственные леса (Бизский и Гусыринский сосновые массивы).

Верхнюю границу леса образуют березовое редколесье и криво- лесье с примесью рябины, сосны с подлеском из кавказского ро­додендрона и пышным высокотравьем. Она местами нарушена ско­том и рубками.

Оледенение оказало большое влияние на распределение сосно­во-березовых лесов. Освобождающиеся от ледников участки пер­выми завоевывают береза, сосна и рододендрон. Только эти древес­ные виды могут расти у тающего ледника.

Осинники встречаются небольшими пятнами на осыпях, пожари­щах (на г. Дурафтуан в окрестностях Алагира и Бурона, в Холстин- ском, Цариткомском, Дигорском и других ущельях).

В лесном поясе обычны кустарниковые заросли. Выше него основ­ной тип растительности — заросли рододендрона и можжевельни­ка, травяно-кустарниковые сообщества, субальпийские и альпийские луга, пустоши.

Кустарниковая растительность. Развитию ее часто способствует пастьба скота, рубка леса. Она распространена фрагментарно. На лесных полянах заросли азалии, поднимающиеся почти до концов ледников, на осыпях малинники из малины Буша. Встречаются ле- щинники из лещины обыкновенной, розарии из шиповников остро­зубчатого, собачьего, а на лугах из низкого шиповника бедрене- целистного с черными плодами.

По речным долинам характерны заросли облепихи — пионерного растения пойм. В них растут вейник тростниковый, ежевики. Площа­ди их в последние годы сильно уменьшились.

В поймах рек обычны и небольшие участки оригинальной мири- карии, закрепляющей речные наносы, заросли барбариса, можже- вельников.

Стланики. Труднопроходимые заросли рододендрона кавказского (родореты) характерны для переходной полосы между субальпий­ским и альпийским поясами. Входят они в оба пояса. Являются характерной чертой ландшафта высокогорий. Считаются реликтами третичной растительности. Торф и кислые почвы создают специфи­ческие условия обитания, которые выносят немногие растения. В них обычны щучка, душистый колосок, планы, изредка карликовые


ивы, рябина кавказородная, северные ягоды — черника и брусни­ка. Вместе с рододендроном растут кислица, линнея северная, плауны годовалый и баранец, золотая розга, вероника горечавковидная, пер­воцвет Рупрехта, крестовник одуванчиколистный, злаки и др. Зарос- г ли можжевельников низкорослого и казацкого встречаются также на больших высотах, но по сухим склонам. В них и родоретах по про­галинам можно увидеть волчник скученный, иву казбекскую, брус­нику, чернику, воронику, куропаточью траву. Можжевельники распластали побеги по щебнистым склонам и осыпям. Они хорошо выделяются на фоне осенней побуревшей травы. Здесь царит хаос искривленных стеблей. Познакомиться с можжевеловыми стлани­ками можно в окрестностях с. Зарамаг, Нар. Местами, по северным склонам, встречаются ивовые стланики, образующие плотные зарос­ли.

На верхней границе леса и выше встречаются своеобразные травяно-кустарниковые сообщества с черникой, костяникой, ворони­кой кавказской, волчником скученным.